Глава 3. Королевская академия художеств. История о менеджменте инклюзивных...
Статья

Глава 3. Королевская академия художеств

История о менеджменте инклюзивных программ в Англии

Королевская академия художеств - это ассоциация британских живописцев, скульпторов, архитекторов, существующая уже 250 лет. Созданная в XVII веке с целью поддержки национального искусства, упрочения статуса художника, воспитания общественного вкуса, академия и сегодня занимается популяризацией и поддержкой художественного творчества. Среди основных направлений ее работы - организация выставок и обучение искусству (программа последипломного образования). Академия художеств не получает финансирования от государства и существует за счет благотворительности и проведения выставок.

not loaded

Молли Бреттон уже шесть лет занимается в Королевской академии художеств вопросами доступной среды. Важная часть ее деятельности - налаживание контактов с организациями, занимающимися поддержкой пожилых людей, инвалидов, людей со сложностями в обучении и всех тех, кто может быть выключен из мира искусства в силу своих особенностей. В сотрудничестве с ними Бреттон создает специальные программы для разных категорий посетителей, а также проводит тренинги и консультации для сотрудников Королевской академии.

«

Первый шаг к созданию среды, доступной для всех, - выяснить, что мешает людям, которые к вам уже ходят.

»

Наша книга предназначена для российских музейных сотрудников, которые приступают к созданию инклюзивных программ и пока находятся в самом начале этого пути. Расскажите, как вы пришли к работе в сфере доступной среды?

Я получила образование по специальности «Изящные искусства» в Университете Ньюкасла. Эта программа примерно наполовину состояла из теории и наполовину - из обучения определенным практическим навыкам. Получив степень бакалавра, я работала в различных организациях в роли ассистента - например, была в команде Образования и инклюзии Ливерпульского биеннале и работала помощником куратора небольшой художественной галереи в Манчестере. Потом я получила магистерскую степень куратора в Голдсмитском колледже, и в ходе учебы работала в качестве фрилансера в образовательной команде в Центре Барбикана. Там я занималась программами для молодежи, для семей, для местного сообщества, и была уверена, что это станет началом моей карьеры в сфере кураторства и образования. Но - в то время в Соединенном Королевстве проходило большое сокращение финансирования в этих сферах, поэтому работу было не найти.

В итоге я устроилась в организацию под названием Shape, которая занимается вопросами доступности культурных институтов для инвалидов и поддержкой художников с особенностями. Там мы работали с самыми разными лондонскими организациями - от музыкальных площадок до галерей и музеев - рассказывали им, что такое программы доступности, тренировали сотрудников, поддерживали их в разработке программ, затем тестировали эти программы, приглашая аудитории с разным уровнем доступности.

Благодаря этой работе я узнала все об этой сфере, о движениях за права инвалидов, о проблемах доступности. Там же я познакомилась с женщиной, которая работала в Королевской академии художеств и как раз собиралась увольняться - так я оказалась здесь, и работаю тут уже почти шесть лет.

Не могли бы вы описать, как выглядят инклюзивные программы Королевской академии, что у вас уже есть, и над чем вы работаете?

У нас есть очень широкий спектр программ - от общедоступных до тех, которые мы организуем в партнерстве со специализированными организациями, и где имеем возможность подойти к проблеме более глубоко.

Что касается обычных программ - там специальные сеансы для людей, страдающих деменцией, сеансы с аудиосопровождением и тактильной частью, а также художественные занятия для слепых и слабовидящих людей. Есть цикл лекций с переводом на язык жестов, мероприятия, на которых работает сурдопереводчик, и в режиме реального времени работают субтитры.

Также у нас есть различное оборудование для маломобильных посетителей, и тех, кто передвигается на колясках, есть программа «На практике», куда мы приглашаем художников с инвалидностью или тех, кто столкнулся с какими-то барьерами в мире искусства, чтобы они могли поделиться с нашими посетителями своим опытом и своим творчеством.

Вот такая у нас публичная программа, а, кроме того, мы сотрудничаем с рядом благотворительных организаций, проводим вместе с ними беседы и занятия для людей со сложностями в обучении или ментальными проблемами, для бездомных и беженцев, сотрудничаем с хосписами и различными подобными организациями.

Также у нас есть отдельная семейная программа, в рамках которой проводятся семинары для семей, в которых есть дети с особыми образовательными потребностями и инвалидностями.

А если говорить не о программах, а о доступности (я имею в виду физическую доступность), не могли бы вы описать ваше здание? Оно ведь довольно старое?

Здание, в котором мы находимся, - прекрасное, но действительно старое. Недавно оно было реконструировано, в частности, мы соединили два разных строения в одно при помощи галереи. Одно из зданий при этом было полностью переделано, в том числе с учетом потребностей разных посетителей. Так что физическая доступность стала гораздо лучше, и теперь мы сосредоточены в большей степени на интеллектуальной доступности и культурной инклюзии.

not loaded

Лекционный зал Бенджамина Уэста

Раньше я считала, что главное – сделать коллекцию музея максимально доступной. Но теперь, когда я слушаю вас, читаю и слушаю материалы коллег со всего мира, я начинаю понимать, что важнее скорей вовлечение людей, их включение в ассоциированное с музеем сообщество. Какова все-таки роль менеджера музейных инклюзивных программ, как вы можете описать ее в целом? Каковы ваши главные цели и задачи?

Ох, это непростой вопрос. Я думаю, моя главная задача – хорошо представлять себе, какие барьеры встречаются на пути у людей, которые хотели бы участвовать в различных культурных мероприятиях в Лондоне. А моя главная цель, соответственно, - выяснив, в чем заключаются эти препятствия и барьеры, убрать их или хотя бы минимизировать.

Тут важно, что мы сотрудничаем с различными организациями, и можем в своей работе полагаться на их богатый опыт и навыки. Дело в том, что сами мы не специалисты, к примеру, в том, как именно живут люди с ментальной инвалидностью, как сделать так, чтобы им было комфортно принимать участие в каких-то культурных событиях. Поэтому мы тесно сотрудничаем с различными организациями, которые делятся с нами их опытом и пониманием того, как мы можем наиболее эффективно помочь таким людям.

Моя работа - это создание и поддержка инклюзивных программ и сотрудничество в этом вопросе с командами по всему миру, это - ну, к примеру, забота о том, как выглядит сайт, удобно ли им пользоваться, интересен ли он всем тем, кого мы хотим привлечь. Это поддержка такого подхода к работе, когда каждый, кто участвует, к примеру, в организации выставки, имеет возможность задуматься о том, почему важна инклюзия, и что он делает для улучшения доступности.

not loaded

Участники одного из семейных семинаров для детей с инвалидностью и особыми образовательными потребностями

Есть еще один вопрос, который меня просили задать вам коллеги. Когда они организуют специализированные туры для людей с ментальной инвалидностью или для пожилых, или для людей с деменцией или чем-то подобным, они постоянно задаются вопросом: а как анонсировать такое мероприятие? Как-то странно писать: «Уважаемые люди с деменцией, приходите к нам». Я знаю, что вы проводили неделю, посвященную деменции, и у вас есть соответствующая программа, поэтому не могли бы вы дать нам совет, как приглашать такую аудиторию, как говорить с ней?

Это очень хороший вопрос, и его часто задают в последнее время. Я бы сказала, создавать такие программы - это здорово, но еще лучше, когда они вырастают из сотрудничества с организацией, которая специализируется на работе с такими людьми. К примеру, когда мы создавали программу для людей с деменцией, мы работали с Обществом болезни Альцгеймера - это национальная благотворительная организация, поддерживающая людей с такого рода заболеваниями. У них есть самые разные группы поддержки, они работают с местными сообществами… Благодаря их помощи в разработке программ мы можем быть уверенными, что то, что мы делаем в этой области, действительно полезно, кроме того, они рассказывают о наших программах своим подопечным.

Я думаю, без такого сотрудничества невозможна разработка никакой программы, это очень важно. Ну, и кроме того мы размещаем информацию на нашем сайте, в журналах, печатаем листовки, которые люди могут увидеть и подумать: “О, пожалуй, моей тете (или маме) это будет интересно”. Комбинация этих двух подходов - это, пожалуй, эффективнее всего.

Еще один вопрос о людях, для которых вы работаете. Как вы выбираете сообщества и людей, на которых вы ориентируетесь? В обществе очень много меньшинств: людей с инвалидностью, мигрантов, не знаю, ЛГБТ... Как выбрать? Давайте сделаем программу для людей с деменцией, а для людей с болезнью Альцгеймера, уже не будем, например?

Опять же, это сложный вопрос. Какие-то наши программы выросли из того факта, что в Королевскую Академию приходит много пожилых людей. Поэтому мы получали очень много отзывов от наших пожилых посетителей, которые сталкивались в нашей галерее с теми или иными проблемами, и сосредоточились именно на вопросах доступности для них и для слабовидящих или слепых.

Потом мы по такому же принципу реорганизовали нашу программу для посетителей с деменцией - мы получили много отзывов о том, почему наша программа не работает, и дальше приложили максимум усилий, чтобы сделать так, чтобы она стала наибольшим образом отвечать требованиям аудитории. Кроме того, мы стали устраивать специальные утренние сеансы, где пожилые посетители, многим из которых сложно ходить, могут спокойно посетить выставку, не продираясь сквозь толпу.

Сейчас нам нужно понять, как должны выглядеть программы для детей и молодежи со сложностями в обучении и, в частности, сфокусироваться на аутизме, потому что в последние годы растет количество людей с этим диагнозом.

Мой традиционный последний вопрос: что бы вы посоветовали музейным работникам, которые находятся в самом начале своего пути в области инклюзии?

Я думаю, для начала полезно узнать, о каких проблемах сообщают ваши посетители, и постараться разобраться с тем, что мешает людям, которые к вам уже ходят. Кроме того, полезно поизучать информацию о том, сколько, к примеру, слепых и слабовидящих людей живет в вашем районе, в вашем городе, и прикинуть, готовы ли вы сделать так, чтобы ваше учреждение подходило для них. Здорово, если вы знаете, что рядом есть организации, которые уже справились с этой задачей, - вы сможете работать над этим вместе, опираясь на их опыт. Вообще, как только вы наладите диалог с определенной категорией посетителей, как только почувствуете уверенность, эту модель взаимодействия несложно будет перенести на следующую категорию. И постепенно круг людей, круг посетителей будет становиться все больше.