Интервью с Робертом Эпштейном
Добро пожаловать в Большой музей!
Здесь музеи рассказывают о себе по-новому. Знакомьтесь с экспонатами, читайте истории о связанных с ними людях и событиях, изучайте важные понятия. Мы приводим вас к музеям, а музеи к вам.
search

Интервью с Робертом Эпштейном

© Частичная карта Интернета на 2005 год
Wikimedia Commons

Интервью с Робертом Эпштейном

Материал предоставлен журналом «Вестник Политеха».

Интервью: Даниил Трабун

Роберт Эпштейн — ведущий научный психолог Американского института поведенческих исследований и технологий в Калифорнии, бывший главный редактор журнала Psychology Today и автор более 15 книг. Доктор Эпштейн рассказал Политехническому музею о том, как связи могут не только объединять общество, но быть инструментом контроля и манипуляции в руках государств и корпораций.

Можно ли сказать, что новые виды связи, к примеру интернет-сервисы, обуславливают новые возможности скрытого контроля? Правда ли, что чем эффективнее для общения, тем эффективнее для слежки?

Обычно программное обеспечение создается не для контроля или слежки, а для удобства. Поисковики были придуманы, чтобы каталогизировать интернет-страницы и помочь пользователям быстро найти нужную информацию. Но, например, Google уже в момент разработки поменял первоначальную цель. Недавно я наткнулся на интересную статью об этом у Нафиза Ахмеда, раньше работавшего в Guardian: часть средств на разработку Google шла от Разведывательного сообщества США. Им был нужен инструмент, который может предотвращать преступления. Сервис поиска идеально выполнил бы эту функцию. Стоит кому-то набрать «Как построить бомбу» — и американская разведка уже знает об этом. В фильме «Сноуден» есть гениальная сцена: техник на базе NSA показывает Сноудену все возможности программного обеспечения PRISM: дистанционно включает камеру на устройстве в квартире, где раздевается женщина, просматривает ее почту… И рассказывает, что программа была изначально написана для бэкапа важных данных ЦРУ на случай внешней атаки. Сноуден в ужасе: ведь это он написал эту программу. Я называю это «переориентированием». Люди не замечают слежки — это тирания, которая делает жизнь каждого человека комфортной, и ему становится все равно следят за ним, манипулируют им или нет.

Вы называете это «утонченными формами влияния». Что это значит?

Мы проводим подобные эксперименты с коллегами. Представьте, что вы используете поиск для того, чтобы узнать больше о кандидатах на президентских выборах. Вы считаете, что список сайтов на странице поиска — нечто объективное, созданное бездушным алгоритмом, которому можно доверять. Но на деле оказывается, что компания-поисковик может ранжировать источники так, как ей вздумается. Поставит негативную информацию об одном из кандидатов в первые строчки, пользователь даже не заметит. Я назвал эту технику SEMESearch Engine Manipulation Effect (эффект манипуляции поисковым движком. — Прим. ред.). Это одна из сильнейших техник манипуляции, когда-либо открытых поведенческой наукой. Совсем недавно мы обнаружили еще одну технику, SSESearch Suggestion Effect (эффект распространенных запросов. — Прим. ред.). При наборе слов в поисковике программа предлагает готовые варианты. Представьте, что в этих вариантах, которые пользователь автоматически распознает как «популярные», окажется какой-то негатив про кандидата в президенты. В поведенческой науке это называется силой смещения, обусловленного восприятием негативной информации. Компания стимулирует негативное внимание к персоне. Как мертвый таракан на верхушке салата в ресторане: есть вы это точно не будете и кандидата, скорее всего, не выберете. Наоборот, кстати, не работает, конфета в мусорном ведре не заставит вас взять вилку и нож. Такие методы не оставляют никаких документальных следов, доказать ничего нельзя.

Компании Google и Apple последовательно переводят своих пользователей на голосовое управление и общение с помощниками. Станет ли такая связь безопаснее?

Эта технология в конце концов заменит поисковые системы. Когда пользователь вбивает что-то в поисковик, на выходе он получает несколько вариантов. В случае голосового запроса — только один. Один ответ убеждает куда лучше. Кроме того, голос пользователя в случае голосового запроса куда-то записывается и дополнительно обрабатывается машиной с непонятными целями…

Может быть, так устроено человечество, и это общее желание вида объединиться в грибницу или муравьиную колонию, которая постоянно контролирует себя?

Если вы правы, то в будущем мир разделится надвое. Будет большинство, которому все равно. Будут те, кто уединится где-нибудь на острове, чтобы охранять там свою приватность и свободу.

Что делать людям, которые против такого хода вещей?

Не уверен, что есть простой выход. 8 ноября у нас в США выборы, выиграет Хиллари, потому что у нее близкие отношения с технологическим сообществом, особенно с Google. Все началось с Обамы, который позволил подобным компаниям делать то, что они хотят. С тех пор как Обама стал президентом Америки, сотрудники Google посетили Белый дом более 400 раз, что в 10 раз больше, чем сотрудники любой другой компании. Больше 250 сотрудников перешли из Google в администрацию президента на высокие должности. Технический директор Обамы — бывший топ-менеджер Google. Та же ситуация и в аппарате Хиллари Клинтон. В Америке нет никакой возможности от этого спастись: манипуляция поисковыми запросами, которыми занимается Google — это «право на свободу голоса», корпорация защищена государством.

Думаете, в других странах дела обстоят иначе?

В Европейском союзе сейчас идет три антимонопольных разбирательства против Google. В России суд уже прошел и обязал Google заплатить 6,8 миллиона долларов. Еще более масштабное дело идет в Индии. Полтора года назад европейский парламент голосовал за разделение Google на несколько компаний. Что-то подобное случилось в США в начале 80-х, когда Министерство юстиции США вынудило телефонного гиганта AT&T разделиться. А ведь они контролировали все телефонные коммуникации в стране…

ФСБ уже несколько лет вполне легально следит за пользователями. Провайдеры должны хранить весь интернет-трафик не менее 12 часов. У спецслужб есть прямой доступ к этим записям. Что хуже: мягкая тирания Google или жесткая рука ФСБ?

Могущество корпорации во много раз хуже. Это иерархическая система, где все в итоге решает один человек наверху. Этого человека мы не выбирали на выборах, мы не можем поменять его, мы не знаем, что на самом деле движет им. Корпорация не имеет обязательств перед народом, она непрозрачна, ее единственное назначение — делать деньги…

Кое-что напоминает.

...а государства… Да, есть ужасные государства, создающие такие страшные организации, как Штази в ГДР. Но у народа все равно остается шанс. И я верю, что каждый может защитить свое частное пространство. Я не использую сервисы Google Chrome и Gmail, в качестве поисковика у меня стоит Startpage, я всегда прячусь за прокси, мой браузер — Tor. У меня Blackberry. Да, и вот еще один совет. Всегда помните, что машина контроля над разумом может уже сейчас заставлять вас думать о себе только хорошее. Не забывайте об этом.

Дополнительные материалы:
Вернер Херцог: нас ждет столетие одиночества
Вернер Херцог: нас ждет столетие одиночества
Статья